¶7 Но это не всё: простое «психологическое» объяснение идеи «конца света» и её нынешних проявлений, каким бы справедливым оно ни было в своём порядке, не может считаться у нас вполне достаточным; остановиться на этом значило бы поддаться одной из тех современных иллюзий, против которых мы решительно выступаем при каждом случае.1 Некоторые, как мы уже говорили, смутно ощущают близкий конец чего-то, природу и значение чего они не могут точно определить; следует признать, что у них есть здесь вполне реальное восприятие, хотя и смутное, подверженное ложным истолкованиям или воображаемым искажениям, ибо, какова бы ни была эта конечность, кризис, который неизбежно должен к ней привести, достаточно очевиден, и множество недвусмысленных и легко наблюдаемых признаков сходятся согласованным образом к одному и тому же заключению.2 Этот конец, несомненно, не является «концом света» в том тотальном смысле, который некоторые хотят в него вкладывать, но это, по крайней мере, конец одного мира;3 и если то, что должно закончиться, — это западная цивилизация в её нынешней форме, то понятно, что те, кто привык не видеть ничего вне её, рассматривать её как «цивилизацию» без эпитета, легко верят, что всё закончится с ней, и что, если она исчезнет, это будет воистину «конец света».4
←
→

Резюме

Генон утверждает, что простого психологического объяснения идеи «конца света» недостаточно, и это значило бы поддаться современной иллюзии. Он признаёт, что некоторые смутно ощущают близкий конец чего-то, и это восприятие реально, хотя и смутно и подвержено искажениям. Кризис очевиден, и множество недвусмысленных признаков сходятся к одному заключению. Этот конец не является «концом света» в абсолютном смысле, но, по крайней мере, концом одного мира. Если то, что должно закончиться, — это западная цивилизация в её нынешней форме, то те, кто не видит ничего вне её, естественно верят, что её исчезновение будет подлинным «концом света».

Общие замечания

  1. explication simplement « psychologique » — Передано как «простое «психологическое» объяснение». Генон предостерегает против психологизаторского редукционизма, весьма модного в его время (психоанализ, психология толп и т.д.). Объяснять верования субъективными психическими состояниями недостаточно; необходимо также искать реальный объект, вызывающий эти состояния. Ошибка психологизма в том, что он принимает причину за следствие: не потому, что у человека галлюцинации, ничего нет; а потому, что что-то есть, неуравновешенные умы интерпретируют это фантастически. Метод Генона противоположен: он исходит из объективных фактов и символов, а не из состояний сознания. ↩︎
  2. signes non équivoques — Передано как «недвусмысленные признаки». Генон не уточняет здесь эти признаки, но их можно вывести из его творчества: исчезновение традиционных структур (иерархий, корпораций, обрядов), рост индивидуализма и материализма, выкорчёвывание, утрата чувства сакрального, смешение жанров и уровней, ускорение истории, развитие псевдорелигий и современных суеверий (прогресс, наука, нация, раса и т.д.). Все эти признаки сходятся к тому, чтобы указать, что цивилизация находится в завершающей фазе. Трудность в том, что для их распознания нужен глаз, сформированный традиционной доктриной; большинство современников, погружённых в эти явления, не воспринимают их как признаки кризиса, а как норму. ↩︎
  3. fin d'un monde — Передано как «конец одного мира». Важнейшее различие между «концом света» (абсолютным, тотальным) и «концом мира» (относительным, циклическим). Генон тщательно воздерживается от предсказания конца человечества или планеты. То, что заканчивается, — это историческая фаза, форма цивилизации, способ мышления и социальной организации: западная современность. Другие миры (другие цивилизации) исчезали до него, другие появятся после него. «Конец света» в абсолютном смысле не принадлежит циклической доктрине (которая знает только относительные концы и начала), но относится к некоторым народным или апокалиптическим интерпретациям. ↩︎
  4. « la civilisation » sans épithète — Передано как «цивилизация» без эпитета». Генон здесь обличает форму западного этноцентризма: привычку смешивать современную западную цивилизацию с цивилизацией вообще. Те, кто так думает, когда воображают конец своего собственного мира, не могут представить, чтобы что-то ещё могло пережить его или заменить его. Они верят в конец всего, потому что никогда не знали ничего другого и не могут вообразить иной порядок. Это оптическая иллюзия истории, но она тем не менее оказывает реальное воздействие на умы и поведение. ↩︎