Обзор
Перейти к параграфу 1
Генон открывает эту заключительную главу, резюмируя основной аргумент книги: современный мир находится в состоянии глубокого кризиса, потому что он оторвался от всех традиционных принципов. Кризис не является лишь экономическим, политическим или социальным – он интеллектуальный и духовный. Все наблюдаемые нами симптомы упадка являются лишь внешними проявлениями более глубокой болезни: утраты метафизического знания.
Он повторяет, что современный дух является фундаментально антитрадиционным. Он отрицает существование любой истины, которая превосходит человеческий разум и чувственный опыт. Это отрицание не является простой ошибкой, но сознательным выбором, преднамеренным отвержением иерархии бытия. Последствия этого выбора видны во всех областях: наука без мудрости, искусство без смысла, мораль без основания, политика без принципа.
Генон затем отвечает на возражение, что его критика слишком сурова, что он игнорирует реальные достижения современной цивилизации. Он признаёт, что современная наука и технология дали замечательные результаты в материальном порядке. Но он настаивает, что эти достижения куплены слишком дорогой ценой. Материальный прогресс Запада сопровождался духовной регрессией, которая намного перевешивает любой материальный выигрыш. Цивилизация, потерявшая связь с трансцендентным, потеряла свою причину существования.
Он возвращается к идее Кали-Юги, тёмного века, в котором мы живём. Это не метафора, но космическая реальность, фаза великого цикла проявления. В таком веке беспорядок и мрак естественно господствуют. Но он подчёркивает, что это состояние не вечно. Цикл повернётся, и новый век в конце концов наступит. Задача тех, кто обладает традиционным знанием, состоит не в том, чтобы ускорить этот поворот – это сверх человеческих сил – но в том, чтобы сохранить семена истины, которые прорастут в будущем.
Затем в главе рассматривается роль интеллектуальной элиты. Генон настаивает, что единственная эффективная оппозиция современному духу должна исходить от небольшого меньшинства людей, восстановивших подлинное метафизическое знание. Эти люди не являются реформаторами в обычном смысле. Они не предлагают новых социальных программ или политических идеологий. Их работа чисто интеллектуальна и духовна. Они действуют свыше, силой самой истины, а не снизу, силой числа или материальных ресурсов.
Он предостерегает против иллюзии массового действия. В духовном порядке числа не имеют значения. Один человек, который действительно знает, могущественнее множества невежественных людей. Современный мир, который поклоняется количеству, не может этого понять. Он верит, что истина решается большинством голосов или весом общественного мнения. Генон отвергает это как верх абсурда. Истина не избирается демократически; она открывается через интеллектуальную интуицию и передаётся через ненарушимую цепь традиции.
Генон затем рассматривает отношение, которое его читатели должны принять. Он призывает их не падать духом при кажущемся торжестве современного духа. Видимости обманчивы. Беспорядок настоящего момента, каким бы подавляющим он ни казался, преходящ. Он является необходимой фазой в более широком порядке вещей, временным неравновесием, которое способствует окончательному восстановлению равновесия. Силы тьмы и лжи могут казаться преобладающими, но они не могут устоять перед силой истины.
Он заключает, приводя древний девиз некоторых западных инициатических организаций: Vincit omnia Veritas – Истина побеждает всё. Это не благочестивое пожелание, но утверждение метафизического факта. Истина не является одной из многих сил; она является самим основанием реальности. Все частичные и преходящие неравновесия должны, в конечном счёте, служить осуществлению полного равновесия. Те, кто работает для сохранения и передачи истины, поэтому не могут в конечном счёте потерпеть неудачу. Их работа может не принести плодов при их жизни, но она принесёт плоды в своё время.
Последние параграфы дают ноту надежды, хотя и не в современном смысле оптимизма. Генон не предсказывает скорой победы традиции над современностью. Современный мир может вполне уничтожить себя сам до того, как станет возможным какое-либо восстановление. Но он утверждает, что всё, что сделано на служении истине, не может быть утрачено. Это переживёт растворение нынешнего мира и станет семенем мира грядущего. Элита поэтому должна продолжать свою работу без оглядки на непосредственные результаты, веря, что истина, которой она служит, в конечном счёте восторжествует.