¶7 При этих условиях промышленность является уже не просто приложением науки — приложением, от которого наука, сама по себе, должна была бы быть совершенно независимой;1 она становится как бы её смыслом существования и оправданием, так что и здесь нормальные отношения оказываются перевёрнутыми. То, на что современный мир направил все свои силы, даже когда он притязал заниматься наукой по-своему, есть в действительности не что иное, как развитие промышленности и «машинизма»;2 и, желая таким образом господствовать над материей и подчинять её своему употреблению, люди преуспели лишь в том, чтобы сделать себя её рабами, как мы говорили в начале:3 не только они ограничили свои интеллектуальные амбиции — если ещё позволительно употребить это слово в подобном случае — изобретением и конструированием машин, но они кончили тем, что стали поистине машинами сами.4 В самом деле, «специализация», столь восхваляемая некоторыми социологами под именем «разделения труда»,5 навязалась не только учёным, но также техникам и даже рабочим, и для последних всякий интеллектуальный труд становится тем самым невозможным;6 сильно отличаясь от ремесленников прежних времён, они являются не более чем слугами машин, они делаются с ними, так сказать, единым целым; они должны бесконечно повторять, совершенно механическим образом, определённые движения, всегда одни и те же, и всегда совершаемые одинаковым способом, чтобы избежать малейшей потери времени; так требуют этого, по крайней мере, американские методы, которые рассматриваются как представляющие высшую степень «прогресса».7 В самом деле, речь идёт исключительно о том, чтобы производить как можно больше; мало заботятся о качестве, важна одна только количество; мы возвращаемся ещё раз к тому же наблюдению, которое мы уже сделали в других областях: современная цивилизация является поистине тем, что можно назвать количественной цивилизацией, что является лишь иным способом сказать, что она есть цивилизация материальная.8
←
→

Резюме

Генон утверждает, что промышленность стала не просто приложением науки, но её смыслом существования и оправданием, что переворачивает нормальные отношения. Современный мир направил все свои силы на развитие промышленности и машинизма, и, желая господствовать над материей, люди лишь сделали себя её рабами. Специализация или разделение труда навязалась не только учёным, но и техникам и рабочим, для которых всякий интеллектуальный труд стал невозможным; в отличие от ремесленников прошлого, они стали слугами машин, механически повторяя одни и те же движения. Американские методы, рассматриваемые как высшая степень прогресса, требуют производить как можно больше, заботясь лишь о количестве, а не о качестве, что подтверждает, что современная цивилизация является количественной, то есть материальной.

Общие замечания

  1. l’industrie comme application de la science — renversement des rapports normaux — Передаётся как «промышленность как приложение науки — переворачивание нормальных отношений». Генон излагает нормальное отношение, которое наука должна иметь с техникой: чистая наука является самоцелью, бескорыстной; промышленность является лишь вторичным и контингентным приложением. В современном мире это отношение переворачивается: промышленность становится смыслом существования и оправданием науки, которая культивируется лишь ради своих практических отдач. ↩︎
  2. « machinisme » — Передаётся как «машинизм». Генон обозначает этим термином не только использование машин, но и механический дух, который лежит в их основе: сведение всей человеческой деятельности к повторяющимся, стандартизированным и лишённым интеллекта движениям. Машинизм является материальным выражением тенденции к универсальной квантификации. ↩︎
  3. dominer la matière — on devient esclave de la matière — Передаётся как «господствовать над материей — становятся рабами материи». Генон напоминает фундаментальный парадокс современной цивилизации: человек полагал, что, развивая технику, он станет «господином и обладателем природы» (Декарт), но он, напротив, поработил свою собственную жизнь и мысль требованиям машины и производства. Кажущееся господство оборачивается реальным рабством. ↩︎
  4. les hommes deviennent machines — Передаётся как «люди становятся машинами». Генон излагает здесь кульминацию механистического процесса: специализированный рабочий, сведённый к повторяющимся жестам, функционирует как автомат; его мысль более не востребована, его интеллект атрофируется. Современный человек уподобляется образу машины, которую он создал. ↩︎
  5. « spécialisation » et « division du travail » — Передаётся как «специализация и разделение труда». Генон ссылается на теории Адама Смита (Богатство народов, 1776) и его преемников, которые представляли разделение труда как крупный экономический прогресс. Для Генона эта специализация является калечением человеческого существа, которое теряет всякое общее видение и всякую интегральную компетенцию. ↩︎
  6. travail intelligent rendu impossible par la spécialisation — Передаётся как «интеллектуальный труд, сделанный невозможным специализацией». Генон противопоставляет традиционный ремесленный труд (где рабочий владеет целым ремеслом, размышляет и адаптирует свои жесты) современному специализированному труду (где рабочий механически выполняет одну повторяющуюся операцию, не понимая общего процесса). Последний уже не является «интеллектуальным» трудом в благородном смысле. ↩︎
  7. méthodes américaines et « progrès » — Передаётся как «американские методы и „прогресс“». Генон намекает на тейлоризм (научную организацию труда) и фордизм (конвейер), разработанные в Соединённых Штатах в начале XX века. Эти методы, которые максимизируют производительность, сводя каждый жест к его простейшему механическому выражению, представляются как апогей «прогресса». Для Генона они являются, напротив, апогеем отупения. ↩︎
  8. civilisation quantitative = civilisation matérielle — Передаётся как «количественная цивилизация = материальная цивилизация». Генон резюмирует свой тезис: квантификация (сведение всякой ценности к измерению и числу) является самой сущностью современного материализма. Цивилизация, которая признаёт только количество, может быть только материальной цивилизацией, ибо качество — истинная ценность, иерархия, превосходство — принадлежит духовному порядку. ↩︎