¶9 Это немедленно приводит нас к тому, чтобы сказать, в чём именно идея, что большинство должно творить закон, является существенно ошибочной, ибо, даже если эта идея, в силу обстоятельств, является по преимуществу теоретической и не может соответствовать действующей реальности, остаётся тем не менее объяснить, как она смогла внедриться в современный ум, каковы те тенденции последнего, которым она соответствует и которые она удовлетворяет по крайней мере видимостью.1 Самый видимый недостаток — это тот самый, который мы указали только что: мнение большинства может быть лишь выражением некомпетенции,2 проистекает ли эта некомпетенция от недостатка интеллекта или от простого невежества; можно было бы привлечь в этой связи некоторые наблюдения «коллективной психологии»3 и напомнить, в частности, тот довольно известный факт, что в толпе совокупность психических реакций, происходящих между составляющими индивидами, приводит к образованию своего рода равнодействующей, которая находится не на уровне среднего, а на уровне самых низших элементов.4 Следовало бы также заметить, с другой стороны, как некоторые современные философы пожелали перенести в интеллектуальный порядок «демократическую» теорию, которая заставляет преобладать мнение большинства, превращая то, что они называют «всеобщим согласием», в якобы «критерий истины»5: даже предположив, что действительно существует вопрос, по которому все люди согласны, это согласие само по себе ничего не доказывало бы;6 но, кроме того, если бы эта unanimité действительно существовала — что тем более сомнительно, что всегда есть много людей, не имеющих никакого мнения по какому-либо вопросу и даже никогда не ставивших его перед собой, — было бы во всяком случае невозможно констатировать это на деле, так что то, что призывают в пользу какого-либо мнения и как знак его истинности, сводится к тому, чтобы быть лишь согласием наибольшего числа, и притом ограниченным средой, необходимо очень ограниченной в пространстве и во времени.7 В этой области становится ещё яснее, что теория лишена основания, потому что легче уйти от влияния чувства, которое, напротив, вступает в игру почти неизбежно, когда речь идёт об области политической;8 и именно это влияние является одним из главных препятствий к пониманию некоторых вещей, даже у тех, кто имел бы, кроме того, интеллектуальную способность, вполне достаточную, чтобы без труда достичь этого понимания;9 эмоциональные импульсы препятствуют рефлексии, и это одно из самых вульгарных искусств политики — извлекать выгоду из этой несовместимости.
←
→

Резюме

Генон объясняет, что идея, согласно которой большинство должно творить закон, является существенно ошибочной, ибо мнение большинства может быть лишь выражением некомпетенции, будь то из-за недостатка интеллекта или простого невежества. Он ссылается на наблюдения коллективной психологии, согласно которым в толпе совокупность психических реакций приводит к равнодействующей на уровне самых низших элементов, а не на среднем уровне. Он также критикует некоторых современных философов за перенесение демократической теории в интеллектуальный порядок, где «всеобщее согласие» выдают за критерий истины, хотя даже если бы такое согласие существовало, оно ничего бы не доказывало и не могло бы быть констатировано на деле. В интеллектуальной области легче уйти от влияния чувства, которое в политике играет неизбежную роль и служит главным препятствием для понимания, даже для тех, кто обладает достаточными интеллектуальными способностями. Генон заключает, что эмоциональные импульсы препятствуют рефлексии, и политика использует эту несовместимость как один из своих самых вульгарных приёмов.

Общие замечания

  1. idée que la majorité doit faire la loi — Передаётся как «идея, что большинство должно творить закон». Генон атакует здесь фундаментальный принцип представительной демократии: правило большинства. Для него этот принцип не только практически оспорим, но и существенно ошибочен с логической и метафизической точки зрения. Большинство может быть лишь числовым выражением множества, никогда — источником качественно высшей власти. ↩︎
  2. l’avis de la majorité ne peut être que l’expression de l’incompétence — Передаётся как «мнение большинства может быть лишь выражением некомпетенции». Генон вновь утверждает здесь уже высказанный принцип: компетенция являясь уделом меньшинства, мнение большинства по необходимости есть мнение некомпетентных. Это не моральное суждение, а статистическое и логическое наблюдение, основанное на самой природе знания и экспертизы. ↩︎
  3. « psychologie collective » — Передаётся как «коллективная психология». Генон ссылается на работы теоретиков толпы конца XIX — начала XX века, в особенности Гюстава Лебона (Психология народов и масс, 1895) и Габриэля Тарда. Их наблюдения над понижением среднего умственного уровня в толпах и над механизмами психического заражения используются здесь для критики притязаний большинства. ↩︎
  4. résultante au niveau des éléments les plus inférieurs — Передаётся как «равнодействующая на уровне самых низших элементов». Генон высказывает закон психологии толпы: в человеческом собрании средний интеллектуальный уровень не сохраняется, но опускается к наименьшему общему знаменателю, то есть к самым примитивным инстинктам и наименее рефлексивным реакциям. Этот феномен опровергает всякое притязание сделать коллективное мнение критерием валидности. ↩︎
  5. « consentement universel » comme critérium de la vérité — Передаётся как «„всеобщее согласие“ как критерий истины». Генон имеет здесь в виду такие философские течения, как шотландская философия здравого смысла (Томас Рид) или некоторые формы традиционализма, которые пытались сделать consensus gentium (согласие всех людей) критерием истины. Для Генона, даже если бы такое согласие существовало, оно оставалось бы контингентным фактом, а не метафизическим принципом. ↩︎
  6. cet accord ne prouverait rien par lui-même — Передаётся как «это согласие само по себе ничего не доказывало бы». Генон применяет здесь принцип различия между порядком факта и порядком права. Существует ли всеобщее согласие или нет (что эмпирически сомнительно), это никогда не составляет доказательства истины. Истина доказывается внутренними причинами, а не числом приверженцев. ↩︎
  7. milieu forcément très limité dans l’espace et dans le temps — Передаётся как «среда, необходимо очень ограниченная в пространстве и во времени». Генон подчёркивает практическую невозможность верификации предполагаемого «всеобщего согласия». Любой опрос или консультация может касаться лишь выборки, ограниченной пространственно и временно. Эффективная всеобщность недостижима; то, с чем имеют дело, есть никогда не что иное, как согласие некоторой particular группы, представленное под обманчивым ярлыком. ↩︎
  8. influence du sentiment dans le domaine politique — Передаётся как «влияние чувства в политической области». Генон различает здесь интеллектуальный порядок (где разум может, по крайней мере в принципе, упражняться без страсти) и политический порядок (где аффекты, предрассудки и партийные привязанности систематически искажают суждение). Вот почему ошибка «критерия согласия» ещё более вопиюща в политике: мнение большинства там заражено эмоцией и коллективной иррациональностью. ↩︎
  9. impulsions émotives empêchant la réflexion — Передаётся как «эмоциональные импульсы препятствуют рефлексии». Генон диагностирует здесь хорошо известный феномен: эмоция блокирует ясную мысль. Даже самые интеллектуальные индивиды могут стать неспособными видеть очевидное, когда их аффекты (национальная гордость, партийная лояльность, коллективный страх или надежда) затронуты. Политика сознательно эксплуатирует эту человеческую слабость. ↩︎