Обзор
Перейти к параграфу 1
Генон начинает эту главу с характеристики социального состояния современного мира как глубокого хаоса. Этот хаос, объясняет он, не случаен и не временен, но прямо проистекает из отвержения всех традиционных принципов. Современное общество утратило всякий иерархический порядок, основанный на духовном авторитете. Оно подставило на его место эгалитарную идеологию, которая нивелирует все различия и отрицает естественное подчинение временного духовному.
Он замечает, что современные политические и социальные теории разделяют общую ошибку: они трактуют общество как машину, которую можно произвольно перестраивать на основе абстрактных идей. Это продукт рационализма, который полагает, что человеческий разум может построить совершенный социальный порядок без всякой отсылки к высшему принципу. Генон считает это чистой иллюзией. Ни одно общество не может длиться, если оно не основано на принципе, который трансцендирует сам социальный порядок.
Затем в главе рассматриваются ложные решения, предлагаемые современными реформаторами. Некоторые призывают к возврату к более старым формам социальной организации, таким как монархия или аристократия. Генон не возражает против этих форм как таковых, но настаивает, что простая институциональная реставрация ничего не стоит без соответствующего восстановления духовных принципов, которые придавали этим институтам их смысл. Король, который более не правит по божественному праву, не есть истинный король. Аристократия, которая не признаёт никакого долга выше собственного самосохранения, не есть истинная аристократия.
Затем он анализирует современную концепцию государства. Государство в современной идеологии стало абсолютной сущностью, которая претендует на регулирование всех аспектов человеческой жизни. Это узурпация. В нормальном традиционном обществе государство есть лишь один орган среди других, подчинённый духовной власти, которая определяет его цели и пределы. Современное государство, отрезав себя от всякой духовной власти, становится идолом, который требует полного послушания, предлагая взамен лишь материальную безопасность.
Генон также критикует современное понятие справедливости. Современная справедливость является чисто распределительной и легистской. Она касается только отношений между индивидами и между индивидами и государством. Традиционная справедливость, напротив, включает высшее измерение: справедливость по отношению к Богу, или сообразность космическому порядку. Без этого вертикального измерения горизонтальная справедливость становится произвольной и нестабильной. У неё нет основания.
Затем глава обращается к вопросу о равенстве. Генон утверждает, что современное требование равенства основано на смешении двух очень разных вещей: метафизического равенства всех существ в их сущности (их общего происхождения в божественном) и практического неравенства существ в их проявлении (их различных способностей, функций и степеней реализации). Традиционные доктрины признают первое, полностью принимая второе. Современная идеология отрицает второе во имя первого, разрушая тем самым всякий иерархический порядок.
Он также обсуждает современное понятие свободы. Свобода в традиционном смысле есть не отсутствие принуждения, но соответствие воли истинному порядку вещей. Существо свободно не тогда, когда оно может делать всё, что ему угодно, но когда его действия находятся в гармонии с его собственной природой и с универсальным законом. Современная свобода, понимаемая как произвольный выбор и отсутствие внешних ограничений, есть на самом деле форма рабства собственным импульсам и иллюзиям.
Затем Генон замечает, что современный социальный хаос самовоспроизводится. Сами силы, которые ему противостоят, часто сами являются продуктами современного духа. Революционные движения, профсоюзы, политические партии – все они разделяют те же предпосылки, что и система, которую они якобы борют. Они действуют на той же профанной почве, принимают те же материалистические посылки и поэтому никогда не могут произвести подлинной альтернативы. Революция, которая не касается духовного порядка, есть лишь смена господ, а не смена рабства.
Глава завершается указанием единственного истинного средства. Восстановление социального порядка не может прийти от социального действия как такового. Оно должно прийти от восстановления интеллектуального порядка – то есть от возврата к принципам. Это требует реконституции подлинной духовной элиты, людей, обладающих не просто мнениями или устремлениями, но действительным знанием, переданным по ненарушимой цепи традиции. Такая элита не действует непосредственно в политической или социальной области. Её влияние косвенно и невидимо, оно действует свыше, через силу самой истины. Хаос современного мира столь глубок, что только такого рода влияние, проистекающее из чистой интеллектуальности и сконцентрированное в принципиальном единстве, может надеяться противодействовать силам рассеяния и лжи, которые ныне господствуют.