¶14 Что совершенно необычайно, так это быстрота, с которой цивилизация Средневековья впала в совершеннейшее забвение; люди XVII века не имели о ней ни малейшего понятия, и памятники, которые от неё сохранились, уже ничего не говорили их глазам ни в интеллектуальном порядке, ни даже в эстетическом; можно судить по этому, насколько изменилась ментальность в промежутке.1 Мы не станем здесь предпринимать поиск факторов, несомненно очень сложных, которые способствовали этому изменению, столь радикальному, что трудно признать, что оно могло произойти спонтанно и без вмешательства направляющей воли, чья точная природа по необходимости остаётся довольно загадочной;2 есть в этом отношении обстоятельства очень странные, как, например, популяризация в определённый момент и представление как новых открытий того, что на самом деле было известно с очень давних пор, но знание чего, вследствие некоторых неудобств, которые могли превысить преимущества, не было до тех пор распространено в публичной сфере.3 Весьма невероятно также, чтобы легенда, сделавшая из Средневековья эпоху «мрака», невежества и варварства, возникла и утвердилась сама собой, и чтобы подлинная фальсификация истории, которой предались современники, была предпринята без какой-либо предвзятой идеи;4 но мы не будем углубляться в рассмотрение этого вопроса, ибо, каким бы образом ни совершилась эта работа, для нас важнее всего в данный момент констатировать результат.5
←
→
прогресс

Резюме

Что совершенно необычайно, так это быстрота, с которой средневековая цивилизация впала в совершеннейшее забвение. К XVII веку люди не имели о ней ни малейшего понятия. Генон не станет здесь искать сложные факторы этого радикального изменения, которое трудно признать спонтанным без вмешательства направляющей воли. Он отмечает странные обстоятельства, например популяризацию в определённый момент вещей, известных с давних пор, но скрывавшихся. Весьма невероятно, чтобы легенда о Средневековье как эпохе мрака возникла сама собой, или чтобы подлинная фальсификация истории современниками была предпринята без предвзятой идеи. Но Генон не будет углубляться в этот вопрос, ибо для него важнее констатировать результат.

Общие замечания

  1. rapidité de l'oubli du moyen âge — Передано как «быстрота забвения Средневековья». Генон настаивает на скорости и обширности разрыва между Ренессансом и XVII веком. Менее чем за два столетия традиционные науки (алхимия, астрология, каббала, символика соборов), схоластическая философия, готическое искусство, феодальная организация и иерархическое представление об обществе стали непонятными, смешными или мёртвыми. Люди XVII века (классицизм, картезианство, абсолютизм) уже не понимали символического языка Средневековья, даже в памятниках, которые они видели ежедневно. Эта коллективная амнезия является для Генона признаком радикального, почти патологического изменения ментальности. ↩︎
  2. volonté directrice énigmatique — Передано как «загадочная направляющая воля». Генон предполагает здесь, не утверждая этого открыто, что разрушение средневекового мира и установление современности могут быть не результатом чисто исторических и естественных причин (эволюция, случай, конъюнктура). Возможно, здесь действовала «направляющая воля» (группы, силы, течения, действующие намеренно). Он не уточняет, ибо не имеет доказательств или не хочет вступать в полемику, но оставляет эту возможность открытой. Это перекликается с его частой критикой «лжеучёных», «негативных тайных обществ» и т.д. Идея в том, что радикальное изменение не может быть объяснено простой внутренней эволюцией. ↩︎
  3. vulgarisation de choses anciennes présentées comme nouvelles — Передано как «популяризация старых вещей, представленных как новые». Генон намекает на «переоткрытие» античных текстов (например, Гермес Трисмегист, труды Аристотеля через арабов, неоплатоническая литература), но также техник или идей (гелиоцентризм, кровообращение и т.д.). Некоторые из этих знаний уже были присущи эзотерическим традициям (алхимия, герметизм) или неевропейским цивилизациям. Разглашая их без инициатических предосторожностей, сделали доступным потенциально опасное знание. Генон предполагает, что эта популяризация могла быть умышленной, чтобы разорвать с традиционной осторожностью. ↩︎
  4. falsification de l'histoire … idée préconçue — Передано как «фальсификация истории … предвзятая идея». Генон утверждает, что образ Средневековья как «тёмного века» является легендой, идеологической конструкцией гуманистов Ренессанса и Просвещения, подхваченной современной историографией. Эта легенда служила дискредитации средневековой цивилизации (традиционной, христианской, иерархической) и оправданию разрыва. Генон предполагает, что эта фальсификация не является невинной: она проистекает из умышленного намерения (предвзятого) уничтожить авторитет прошлого и представить современность как прогресс. Он не развивает эту мысль, но она предвосхищает его критику идеи прогресса. ↩︎
  5. constatation du résultat — Передано как «констатировать результат». Генон сосредотачивается на главном: результат налицо, каковы бы ни были причины и агенты. Средневековая цивилизация была стёрта из коллективной памяти, утвердилась новая ментальность. Он не пытается провести детальное историческое расследование (которое было бы сложным и, возможно, оспариваемым); он предпочитает установить диагноз современного кризиса, а затем вернуться к принципам. Это методологическая установка: вместо того чтобы тратить время на поиски виновных или контингентных причин, он сосредотачивается на описании современного положения и его доктринальных истоков. ↩︎

Примечания Генона

  • не было до тех пор распространено в публичной сфере — Мы приведём только два примера, среди фактов такого рода, которые должны были иметь самые серьёзные последствия: так называемое изобретение книгопечатания, которое китайцы знали ещё до христианской эры, и «официальное» открытие Америки, с которой на протяжении всего средневековья существовали гораздо более регулярные связи, чем можно было бы думать.